.your mind is the scene of the crime

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » .your mind is the scene of the crime » В плену воспоминаний » "... янтарь в песке, небо на волоске… Mi Corazon..."


"... янтарь в песке, небо на волоске… Mi Corazon..."

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

1.Имена участников:
Henley Reeves &  J. Daniel Atlas

2.Дата/время/погода:
Август 2008

3. Место действия:
Нью-Йорк

4.Кратко о предстоящем:
"А разве это не смотрелось красиво?
По крайней мере, где-то в самом начале..."

0

2

«Это будет весело», - утверждал Джим, подливая вина в его бокал. - «Я не хочу ехать один», - говорил он, подсовывая анкеты. - «Ты мой самый лучший друг, Дэнни!» - улыбался Стоковиц, когда Атлас ставил на них свои подписи. Чего только не делаешь ради друзей! А еще говорят, что в дружбе не место манипуляции, шантажу и прочим извращениям человеческого общения. Врут. Все нагло врут.
Дэниел, как никто другой это знал, так как уже пару недель тух в Нью-Йорке вместо того, чтобы расслабляться на каком-нибудь пляже на юге Франции, держа в одной руке стакан с мохито, а в другой - какую-нибудь глупенькую красотку, имени которой он бы так и не запомнил. Ах, еще одно волшебное лето! Которое катится ко всем чертям из-за того, что его соседу по общежитию взбрело в голову съездить на стажировку в Нью-Йорк. Нет, большие возможности, новые знакомства и ошеломляющие предложения - это, конечно, хорошо, но только где они? Где?
За все то время, что они с Джимом живут в Нью-Йорке, Дэнни успел побыть мальчиком на побегушках для какого-то суперважного босса одной из Нью-Йоркских галерей (к слову, картины там были отвратительные!), возненавидеть душный город, который заметно опустел, как только столбик градусника устремился вверх, и выкинуть на свалку деловой костюм, так как находится в нем было просто невозможно. За последнее его чуть ли не выгнали с работы, однако в последний момент вспомнили, что желающих работать в такую жару и тем более бесплатно не так уж и много.
Впрочем, он поплатился тем, что вместо бегания по всему городу и хоть каких-то приключений, его заставили сидеть в самой галерее (благо, тут были кондиционеры!), приветствовать клиентов и втюхивать им этот ужасный товар. Хоть кто-нибудь скажите современным художникам, что яркий кружок на белом фоне, - это еще не искусство!
Клиентов, понятное дело, было не так уж и много, так что Дэниел раскладывал косынку на рабочем компьютере, то и дело бегал к бойлеру с водой, чтобы хоть чем-то себя развлечь и изредка рассматривал сквозь стеклянные стены жителей Нью-Йорка, вечно спешащих по своим делам.
Загляните же сюда, ну же!
Впрочем, старательный гипноз людей за стеклом не особо помогал, так что Атлас возвращался к своей косынке и проклинал Джима на чем свет стоит. Впрочем, утешало одно: тот тоже был не особо рад такой стажировке и во всю вычислял пути отступления. Безуспешно. Дэниел и сам это знал, так как неделю назад изучил все бумаги. Чертовы американцы предусмотрели все, так что им ничего не оставалось, кроме как сидеть в этом чертовом большом яблоке еще три недели.
Блять.
Партия была проиграна, а звоночек, висящий над входной дверью, мелодично сообщил о посетителе. Им оказалась симпатичная молодая девушка.
И что она здесь забыла?
- Добрый день, я могу вам чем-нибудь помочь? - нейтрально-вежливо поинтересовался Дэнни, тут же направляясь к девушке и стараясь скрыть за этой стандартной фразой радость от того, что хоть чем-то этот день будет отличаться от остальных.
Она была очень недурна собой, и Атлас это сразу же подметил. Что-то в ней особо влекло его и отличало ее от остальных. Дело в том, что все девушки Нью-Йорка, с которыми он тут знакомился ради секса на одну ночь, были словно на одно лицо. Будто бы кто-то выпускал их на специальном заводе по единому стандарту: они выглядели одинаково, говорили одними и тем же фразами, так что вскоре это стало откровенно надоедать. Но эта… Может, иностранка?
В любом случае он не собирался упускать свой шанс.

+2

3

В Нью-Йорке уже вторую неделю стояла просто аномальная жара. Хенли обычно нормально переносила любые погодные катаклизмы, но это было слишком даже для нее. Мама по телефону сказала, что у них в Джерси тоже ужасная засуха, а синоптики лишь разводят руками и не могут сообщить ничего более или менее утешительного.

Девушка с завистью разглядывала торсы полуобнаженных молодых парней. Да, конкретно сейчас именно с завистью, так как девушкам видите ли не положено разгуливать по улицам топлесс. На ней сейчас было короткое светлое летнее платье, больше напоминающее ночную сорочку: легкое, почти прозрачное и едва ли что-то существенно прикрывающее. Впрочем, заметно из толпы в этом наряде она не выделялась, каждый оголялся как мог. Белая плетеная  шляпа с широкими полями отбрасывала тень на плечи, что хоть как-то спасало от солнечных ожогов, к которым так склонна ее бледная тонкая кожа. Разумеется, солнцезащитные очки и изумрудного цвета шелковый платок на шее  - даже в такую жару она не смогла отказать себе в этом ненавязчивом аксессуаре.

Сегодняшний день не был особенным, но и заурядным его назвать сложно. В команде, с которой она работала уже чуть больше года, ей предложили попробовать себя в качестве извлекателя в одной очень небольшой и довольно простой операции. Осознать всю тяжесть свалившейся на нее ответственности она не успела, сразу дав свое согласие, опьяненная открывшимися перед ней возможностями. Добровольно бросаться на амбразуру – это так в ее духе. Но обдумывать детали и тщательно готовиться она решила с завтрашнего дня, а сегодня хотелось просто отдохнуть, поваляться овощем на диване под кондиционером и почитать какой-нибудь незамысловатый детективный романчик.

Но ее планам сбыться было не суждено. Небо над Нью-Йорком как будто сошло с ума, за считанные секунды собрав на себе густые грозовые тучи. Нет, это было замечательно, штат  ждал дождей уже две недели как манны небесной, но самой попадать под ливень Хенли совсем не хотелось. Это только в кино выглядит красиво и романтично, когда пара влюбленных кружится под дождем, ловя капли на лицо. Одинокая же мокрая женщина выглядит, по меньшей мере, жалко.

Пара крупных капель уже упала ей на плечи, а поблизости не было ничего хоть отдаленно напоминающего кафе или бар. Ей ничего не оставалось, кроме как толкнуть первую же попавшуюся на пути дверь с табличкой «открыто». Как только она прикрыла за собой дверь, звоночком сообщая присутствующим о своем приходе, ливень стеной обрушился на асфальт.

«Успела!» - С облегчением выдохнув, она обернулась, разглядывая помещение: светлое, просторное, чистое - как больничная палата. Сначала ей показалось, что здесь никого нет, но из-за монитора компьютера в углу выглянул молодой человек и тут же поспешил к ней с предложением помочь. Только вот, интересно, в чем? На мысль наталкивали только картины на стенах, которые выглядели так, будто на холсты несколько раз периодически под разными углами переворачивали палитру и потом интенсивно размазывали. Пожалуй, тут помощь нужна отнюдь не ей, а тем, кто называет это творчеством.

- Знаете, не буду Вас обманывать, - Ривз сняла солнцезащитные очки и улыбнулась парню. Он не был красив, телосложение у него было как у типичного студента-программиста, но он излучал такое обаяние, перед которым сложно было устоять: оно выражалось в его улыбке, мимике. Ей достаточно было одного взгляда на него, чтобы понять, что он из тех плохих мальчиков, которые очень лихо прикидываются паиньками. – На улице начался страшный ливень, не хотелось бы намочить туфли, - вновь одарила его самой очаровательной улыбкой, на какую только была способна. Она прошла чуть глубже в зал, разглядывая «картины». Зацепившись взглядом за одну из них, она в задумчивости уставилась на нее. – Что тут у нас? Ну надо же, какая глубокая история любви, эти две линии как две дороги, которые судьба разводит в разные стороны на путь испытаний и соединяет их воедино, уводя в бесконечность радужных дней… - с самым серьезным видом выдала она, после чего повернулась к незнакомству. – На самом деле я здесь вижу только, как кто-то разлил краску. Ты серьезно в этом разбираешься? – с легкой полуулыбкой прищурилась она, заглядывая в карие глаза. Она уже не видела смысла церемониться, тем более парень примерно ее возраста, если не моложе.

+1

4

Глаза. У нее безумно красивые глаза.
Ах, Дэнни, милый, как банально! Глаза?! Давай воспой ей серенады и скажи, что они у нее цвета виски или теплого шоколада!
Однако Атлас ничего не мог с собой поделать: он не сводит с нее взгляда. Прямого. Вызывающего. Смелого. Дэниелу всегда нравилось смотреть людям в глаза: ощущения, при этом испытываемые походили в каком-то смысле на секс, так как человек оказывался перед тобой обнаженным, правдивым, искренним, а интимность, которая возникала в такие моменты, кружила голову. «Во взгляде на Другого всегда есть эротический подтекст. Глазами мы обладаем, присваиваем и ощущаем абсолютную власть», - тут же приходят в голову общие фразы с лекций по философии культуры, и Дэнни улыбается краешком губ.
- … не хотелось бы намочить туфли, - доноситься до него, и Атлас разрывает зрительный контакт с девушкой, оборачиваясь к высоким окнам.
И, действительно, всего за пару минут погода успела разбушеваться, и теперь устрашающие потоки воды обрушились на асфальт, принося, наконец, городу желанную прохладу. Как давно же он этого ждал!
От дождя настроение улучшается, и Дэниел расплывается в еще более широкой улыбке в ответ на такие же - со стороны девушки.
Они молоды, они красивы, они заперты в этом помещение как минимум на полчаса, прежде, чем дождь стихнет, и Атлас не собирается тратить это время впустую.
Незнакомка тем временем принимается изучать картины, и Дэниел останавливается рядом с ней, до него доноситься запах ее духов и еще чего-то неуловимого. «С этой девушкой не все так просто», - делает вывод интуиция, но Атлас от нее отмахивается. Хоть какое-то разнообразие - как долго же он этого ждал!
Он молча кивает, пока она несет совершеннейшую чушь. В конце концов, его мнением никто не интересовался, да и Атлас никогда не лишал клиентов собственных иллюзий. Если им так хочется верить, что за парой мазков скрыта великая истина бытия, - пускай. Именно за непонятно где скрытый смысл, а не за форму ныне платят в искусстве.
Дэниел отвечает на ее взгляд (как редко девушки настолько откровенно смотрят в глаза!) и тихо смеется.
- Разбираюсь, но общий смысл ты правильно передала - на этом холсте всего лишь разлитая краска, - отвечает он и, снова наградив ее улыбкой, продолжает, повернувшись к холсту: - Но у тебя хорошее воображение. Обычно клиенты не могут додуматься до подобных историй, и мне приходиться им это объяснять, при этом уверяя их в том, во что я сам не верю.
Он усмехается и жестом предлагает ей сесть на кожаный диван.
- Может, кофе? Чай? Просто воды? Чувствую, тебе придется здесь задержаться, к моему счастью, если не хочешь промочить туфли, - Дэниел снова картинно оглядывается на ливень за окном.
- К слову, в этой куче мусора есть действительно парочка стоящих вещей. Например, Элеанна Анагнос, современная художница из Нью-Йорка, пишет действительно хорошие картины. Например, у нас представлены только одна ее работа без названия, но сочетание цветов завораживает, - Дэниел чуть наклоняется к девушке, чтобы более точно указать на картину, висящую правее от них. Ах, Дэнни, конечно, это было сделано не только с этой целью.
- Иногда полная свобода для трактовки той или иной картины - это действительно здорово. Каждый находит что-то для себя, даже если ему кажется, что это просто разлитые краски, - он снова улыбается и добавляет, вновь заглядывая девушке в глаза. - Это как со сном. Порой мы совершенно не понимаем их смысл, а порой он попросту отсутствует, но от этого не теряет свою прелесть.

+1

5

Ох уж эти отпетые бабники, считающие, что все женщины у их ног, остается лишь выбрать ту, которую можно осчастливить сегодня. Хенли старалась избегать общества таких мужчин, просто потому что знала себя, знала, как легко влюбляется, как эмоциональна и ранима, хотя на лице ее всегда сияет улыбка, которая отнюдь не является индикатором ее настроения. Но сегодня в ней взыграл пагубный азарт: невинный флирт, не более. Развлечь себя в ближайшие пол часа ей явно будет нечем, не картины же разглядывать, честное слово. Он смотрит на нее, прямо в глаза, что несколько смущает, но она принимает правила игры и отвечает беззастенчивым взглядом.

Хенли смотрит на него в упор, когда он отвечает на ее вопрос. Спутанные кудри, легкая небритость, насмешливый взгляд и головокружительный французский акцент. Она вообще питала слабость к мужчинам, говорящим с европейским акцентом, какой бы он ни был. А французский и вовсе был особенным. Непроизносимая и практически проглатываемая в английском языке "р" французами произносится особенно четко с присущей им картавостью. Она не слушает, что он говорит, ловя отдельные слова, но наслаждается его речью.

Он отвлекается от выбранной ей для саркастического монолога картины и предлагает присесть на диван. Улыбается слегка небрежно, как будто и вовсе в ней не заинтересован. Разумеется, ее должно это задеть и подковать интерес, но Ривз без проявления каких-либо эмоций садится на диван и снимает с головы белую шляпу с широкими полями.

- Просто воды, пожалуйста, - широко улыбается, кидая взгляд на бейдж и добавляя, - Дэниел. - замечает приписку "стажер", но никак ее не комментирует. - Раз уж нам суждено провести в обществе друг друга еще минимум пол часа, то я, пожалуй, тоже представлюсь, - сама не понимая, зачем ему эта информация, произносит свое имя, - Хенли.

Он снова говорит про картины, присаживаясь рядом. Ей нравится слушать его спокойную вкрадчивую речь. Он обращает её внимание на одну из картин, приблизившись так, что она чувствует его дыхание у своего уха, от этого в груди как будто что-то сжимается и хочется прикрыть глаза, но она сдерживает себя и поворачивает голову в сторону  предмета его рассуждений. К слову, эта картина немногим отличалась ото всех остальных, но Ривз на ней различала почему-то девушку, сидящую к ней спиной  вполоборота, хотя, ей просто могло так показаться при первом беглом взгляде на полотно.

- Знаешь, при всем уважении к художнице, я бы не повесила подобный шедевр в своей спальне, - тщательно изучив картину замечает она. - Быть может, я слишком флегматична, чтобы оценить всю глубину сюрреализма и постмодернизма, но мне что-то подсказывает, что основная целевая аудитория этих художников - дамочки в возрасте старше тридцати, покупающие полотна по неимоверным ценам, чем дороже, тем лучше, вешающие их на самом видном месте в своём роскошном особняке, а потом на какой-нибудь богемной вечеринке рассказывающие о том, какой это шедевр и какая в нем глубина, и, разумеется, краснеющие и праведно оскорбляющиеся, когда кто-нибудь говорит им, что полотно висит вверх ногами.

Делает глоток воды. От монолога, выданного практически на одном выдохе, во рту пересохло. Она разглядывает его внимательно, но не слишком откровенно, как будто боясь побеспокоить или сбить с мысли. Похоже он и правда увлечен всем этим. Она даже подумала, не оказалась ли  слишком резка. Быть может, здесь висят и его картины? Впрочем, сказанного уже не воротишь, остается лишь надеяться, что он не погонит сейчас ее прочь под ливень. Но он спокойно говорит про смысл, сравнивая искусство со снами. Ривз невольно вздрагивает, снова смотрит ему в глаза, как будто пытаясь понять, знает ли он, или это просто красивая метафора. Ведь как раз о снах ей известно, если не все, то чуть больше, чем все.

+1

6

Говорят, звук собственного имени наиболее приятен для любого человека. Он приковывает к себе внимание, создает ощущение близости и интимности с собеседником. Этим умело пользуются опытные собеседники и успешные ораторы, об этом написано сотни книг по психологии общения и кое-кто даже ласково отзывается о звуке имени как о словесных объятиях (Дэниел не помнит точный источник). Однако сейчас ему так наплевать, что там пишется в умных книгах и кто как это использует, потому что его сердце, кажется, пропускает удар.
Дэниел. Дэниел. Дэниел.
Бьется в висках, и сначала Атлас даже не сразу соображает, как эта прекрасная незнакомка узнала его имя.
О-господи-неважно- как-узнала-произнеси-его-еще-раз-дорогая.
У нее, определенно, это хорошо получается. Только и всего. О-да-милый-я-так-тебе-и-поверил.
Будь Дэниел пятнадцатилетним подростком, то точно бы залился румянцем и забыл бы о какой-то там воде. Но опыт, как говорят, не пропьешь, так что ни один мускул на его лицо не выдает то, что творится в его голове, разве что глаза горят слишком заинтересованно.
- Рад знакомству,- бархатным голосом тут же говорит Дэнни, а затем добавляет, выждав пару секунд: - Хенли, - перекатывает это имя на губах, чувствуя его вкус и на каком-то подсознательном уровне ощущая, что произнесет его еще не один раз. Он подает ей руку и пожимает ее ладонь. Нормы этикета, ничего более. Ах, благословите общество!
Рукопожатие выходит легким, даже слишком быстрым, и он тут же направляется к куллеру, расположенному в ближайшем углу, чтобы выполнить просьбу.
Подав Хенли пластиковый стаканчик, он присаживается рядом с ней и кидает взгляд за окно. Стихия бушует, оставляя на стекле такие же брызги, как современные художники на своих холстах. Шум дождя успокаивает и задает монотонный фон беседе, так что в какой-то момент Дэниелу начинает казаться, что за окном звучит музыка.
- Ты не так уж далека от истины, - смеется Атлас, выслушав ее монолог. - Однако в целевой аудитории ты ошибаешься: в основном это бизнесмены, желающие подчеркнуть свой статус и покупающие такие картины, как очередных своих жен. Но бывают и настоящие ценители… Их мало, конечно, и чаще всего у них нет подобных денег, но ради вот таких людей и хочется продолжать учиться и потом работать в этой сфере.
Атласу так легко и комфортно с ней говорить, что он и сам не замечает, как начинает выдавать интимные вещи, которые Хенли совершенно ни к чему. Но язык развязывается, сама атмосфера словно располагает раскрыть все карты о себе. А может срабатывает эффект «случайного попутчика»? Нет, это точно не он, так как Атлас уже прикинул, куда поведет девушку сегодня вечером или завтра - неважно. Главное, он уже точно знает: у них будет свидание.
- Я искусствовед, учусь в Сорбонне, а здесь моя не совсем удачная практика, - поясняет он свое последнее предложение. -А как тут оказалась такая прекрасная девушка, как ты? - с интересом спрашивает он. Да, банально, но всегда работает. Даже, когда женщины это отрицают или думают «ах, какой дешевый прием», но в итоге их щеки все равно становятся алыми и улыбка расцветает на губах.
И правда, кому нужны разговоры об искусстве?

+1

7

Он говорит, что рад знакомству, эхом повторяя ее имя. Ривз невольно улыбается, понимая, что это значит: он хочет запомнить, как ее зовут. Если мужчина повторяет твое имя вслух, то вероятность того, что он переспросит его через несколько минут, сокращается до минимума.

- Взаимно, - немного удивляется, когда он протягивает ладонь для рукопожатия, которое получается несколько скомканным и как будто бы неловким. И откуда в ее голове дурацкий стереотип, что французы целуют руку даме при знакомстве? Ведь на деле все куда прозаичнее. Впрочем, она не более чем абсолютно случайный человек в его жизни. Закончится дождь, и она исчезнет. Зато как красиво звучит, хоть сейчас открывай ноутбук и пиши роман. - Дэнни, - произносит задумчиво, просто потому что ей нравится, как это звучит. Дэниел - слишком пафосно, подойдет для деловых переговоров. - Могу я тебя так называть? Дэнни, - уточняет, глядя в глаза, даже не скрывая попытки флирта. Впрочем, едва ли для него это в новинку. Тем не менее с игрой "соблазнить Дон Жуана" она твердо решила не затягивать. Слишком опасно. Хотя...

Принимает пластиковый стаканчик из его рук и с интересом слушает его мягкие и как будто бы извиняющиеся контраргументы к ее речи. Она тут же с облегчением замечает,  что к ее счастью он  не является одним из юных дарований, чьи шедевры украшают белые стены этого помещения. В его зрачках на секунду вспыхивает что-то живое, настоящее, когда он говорит об истинном искусстве и его ценителях. К нему хочется тянуться, слушать, смотреть в глаза, не отрываясь, в надежде снова уловить ту самую искорку. Но она появилась лишь на мгновение, оставив впечатление надолго.

- Сложно спорить, - с усмешкой замечает она в ответ на его отзыв о своей практике, еще раз окидывая взглядом помещение. - А как тебе сам Нью-Йорк? Ты вообще давно здесь? - этот вопрос действительно ее волновал. Она никогда не задумывалась о патриотизме, оставаясь ревностным патриотом этого штата, хоть и сама была родом из другого. Но это ведь такие мелочи.

Едва заметно морщит нос, когда слышит это типичное "такая прекрасная как", то есть, их прекрасных много, и среди этих прекрасных есть энное количество "таких прекрасных как она". Надо избавляться от привычки цепляться к словам и в каждом искать какой-то подтекст. Это уже смахивает на паранойю. Быть может, он просто хотел сделать комплимент, который, впрочем, был благополучно пропущен мимо ушей.

- Девушка шла домой, чтобы послать все к черту, улечься под кондиционер и придаться лени - не слишком поэтично звучит, не так ли? - легкая саркастическая полуусмешка, которая быстро сменяется открытой улыбкой. Ей на удивление хочется ему улыбаться. - Чем займемся? - поднимается с дивана и подходит к окну. Ливень постепенно убывает, но небо не светлеет.  - Чем ты тут вообще занимаешься целыми днями? Лазишь по порно-сайтам? - кокетливо подмигивает, прежде чем уверенно пересечь зал и взглянуть на монитор компьютера. - Ты серьезно? - удивленно вскидывает брови, сопровождая этот жест характерным смешком. - - Пасьянс? - щелкает мышкой, желая проверить сетевые подключения. - Вот оно что, у тебя интернета нет, сейчас мы это исправим... - бормочет себе под нос, присаживаясь в кресло и по привычке подпирая левой ладонью щеку, сосредоточенно глядя в экран.

В центре Нью-Йорка всегда можно поймать сигнал с чьего-нибудь роутера. А вот вскрыть пароль для нее труда не составит, никто из владельцев сетей особенно не заморачиваются по этому поводу. Ее пальцы уверенно бегают по клавиатуре, правая рука периодически перескакивает на мышку. Этому нехитрому трюку ее научил бывший однокурсник, который, впрочем, так же учил ее создавать 3-д макеты архитектуры для сна.

- Готово! - победоносно улыбается, созерцая результаты своих трудов. Сигнал слабенький, правда, но какой нашла, - поднимает взгляд на него,чтобы уловить его реакцию. - Признаюсь, в современном искусстве я полный ноль, но есть вещи, в которых и я хороша.

+1

8

Жизнь Атласа всегда делится на два периода - нет, не так, как раскрашена зебра, ведь периоды в его жизни не математически равны, да и часто пересекаются, накладываясь друг на друга и создавая тем самым причудливые узоры. Мда, дорогой, это снова тянет на современное искусство. Два периода в жизни Атласа обычно делятся на тот, когда ему нравятся любые сокращения его имени, и на тот, когда единственное, что он может терпеть, -  это Дэниел. И вот прямо в данную минуту, когда прелестная Хенли выговаривает «Дэнни», сердце ухает вниз и в голове срабатывает переключатель на второй период и, кажется, там застревает. «Дэнни», - а что? Очень даже неплохо. По-американски. И плевать, что за последнее время он возненавидел Америку.

- Для тебя, все, что угодно,
- улыбается Атлас и не выпускает ее ладонь после рукопожатия. Он не склоняется в вычурном поклоне, наоборот Дэниел приподнимает ее руку в своей и касается губами ладони, на долю секунды прикрывая глаза. Да, все французы немного странные, дорогая Хенли.

- А что касается Нью-Йорка, - Дэниел улыбается, - да, впрочем, как и с остальными городами, считаю, что дело тут в хорошей компании. Как видишь, до сегодняшнего дня она отсутствовала, - он пожимает плечами и провожает ее взглядом, улыбаясь ее иронии о занятиях прекрасной девушки.

- Как посмотреть, знаешь ли. Поэтам постмодернизма твое высказывание бы определенно понравилось, - Атлас расплывается в улыбке и откидывается на спинку дивана. Ему настолько хорошо и спокойно, что он чувствует себя объевшимся котом, который мурчит на коленях у хозяйки.

Девушка останавливается у окна, расписанного каплями воды. Сквозь серый фон кое-где пробиваются светящиеся вывески, однако их огни размываются водой, и Дэниелу кажется, что нечто подобное он видел на какой-то картине. Импрессионистов, наверное. А может это плод его воображения, что ему ужасно хочется схватиться за холст с кисточкой и немедленно нарисовать то, что он видит: складки белого платья, яркий цвет волос и все это обрамлено в размытый фон, как во сне.

Впрочем, порывы творчества испаряются сразу же, как Хенли направляется к его компьютеру. Он немедленно вскакивает и мчится к ней. Порно-сайты? Ха! Но камерам слежения не очень бы понравилось, что посетительница подходит к компьютеру администратора. Впрочем, пару минут всегда можно стереть, сославшись на отключение света во время этой ужасной грозы, но все же...

Хенли, видимо, решила помочь и взломала чей-то вай-фай. Нет, Дэниелу, конечно, всегда нравились девушки с мозгами, но его немного задевает то, что он сам до этого недодумался.

- Спасибо, - говорит Атлас, останавливаясь рядом со своим столом, - теперь я, наконец, могу лазить по порно-сайтам. Ты моя спасительница! - смеется он, чувствуя, как постепенно уходит напряжение и возвращается контроль над ситуацией в его руки. - Только ты в следующий раз предупреждай, - говорит он слишком нервно, но тут же добавляет, поясняя: - я бы сначала выключил камеры, - он взглядом указывает на одну из них, висящую прямо над ними, и присаживается на корточки рядом с компьютерным креслом, чтобы стереть запись.

Отредактировано J. Daniel Atlas (2013-11-27 21:23:12)

+1

9

Он как будто читает ее мысли, припадая губами к тыльной стороне ее ладони. На секунду перехватывает дыхание. Она читала в старших классах всевозможные любовные романы, где такие жесты были в порядке вещей, но сейчас не знала, как себя вести, отвечая на поцелуй лишь нелепой улыбкой. Все происходящее кажется ей каким-то нетипичным, если не абсурдным. К слову о сюжетах вышеупомянутых романов.

В столь важном для нее вопросе он находит очередной повод для флирта. Нет, ее это не раздражает, и даже не расстраивает, а лишь дает повод задуматься. Для нее Нью-Йорк – это в последнюю очередь компания. Ей тут хорошо и одной. Более того, переехала она сюда именно одна, еще студенткой. Впрочем, каждому свое, а его ответ можно расценивать как элементарную вежливость.

Она удивленно вскидывает брови, когда он со всех ног несется к столу и начинает говорить о видео-наблюдении. Какая дисциплинированность. На его раздражение она реагирует улыбкой, ее это даже умиляет. Ловит себя на мысли, что такой он ей нравится даже больше.

- Камеры? Ты правда думаешь, что кто-то ежедневно просматривает восьмичасовое реалити, как ты гуляешь по  пустому помещению от компьютера к куллеру, от него к дивану и обратно? – проанализировав сказанное, Хенли одаривает сочувствующим взглядом нового знакомого. – Похоже на заточение. Не мудрено, что тебя не впечатляет Нью-Йорк, - говорит это как будто себе самой, потому что парень занят видео-камерами. Она уступает ему кресло и некоторое время из-за спины наблюдает за его не совсем законными действиями. Ну надо же, впечатлить не удалось, в технике он разбирается не хуже, чем во всем этом современном искусстве.

Чтобы не доставлять ему еще больше хлопот, Хенли  медленно прохаживается по залу в сторону окна. Дождь постепенно успокаивался, и сквозь тучи уже проглядывало солнышко. Ривз невольно залюбовалась тем, какие четкие контуры у солнечных лучей, как редеющие капельки переливаются в полосках света, образуя спектральные блики. Улыбаясь, она дышит на стекло и рисует пальцем абстрактные узоры. На улице, должно быть, так свежо и хорошо, а они сидят в закрытом помещении. 

- Дождь почти перестал,  - поворачивается к Дэниелу с теплой улыбкой. – У тебя уже был обеденный перерыв? – вопрос чисто для галочки, для себя она уже решила, что, даже если и был, то будет еще один. – Как насчет прогуляться? Я хочу тебе кое-что показать, - не дожидаясь ответа, девушка возвращается  к дивану, где оставила сумочку. – В принципе, я могу уйти сама или взять тебя за руку и увести отсюда, как тебе больше нравится?

Действие абсолютно спонтанное, если не сказать, импульсивное. Но сейчас ей хочется быть именно такой: непосредственной, непредсказуемой. Она хочет, чтобы он пошел с ней, но к отказу тоже морально готова. В конце концов, это его стажировка, шаг на пути к карьере, какой бы она там ни была, а она всего лишь девушка, из-за непогоды прервавшая увлекательнейшую партию в "косынку".

+1

10

- Знаешь, я раньше тоже так думал, - отвечает Дэниел, быстро щелкая мышкой и удаляя нужные файлы, - но неделю назад мой босс отчитал меня за то, что посетительница слишком близко подошла к картине, и даже продемонстрировал конкретные кадры, - он засмеялся, чуть морщась от не самых радостных воспоминаний. - Так что лучше и, правда, перестраховаться, - улыбается он Хенли, наконец, оторвавшись от монитора с чувством выполненного долга.

Дэниел прослеживает взгляд Хенли, и с удивлением замечает, что дождь и правда почти перестал, и сквозь серые пятна пробивается солнце, нагло разгоняя облака. Не будь тут девушки, он бы почувствовал облегчение и радость от того, что ему не придется мокнуть, добираясь домой через пару часов. Да и Атлас успел уже за это время соскучится по яркому свету и аномальной жарой, но сейчас это означало другое: Хенли теперь может спокойно отправиться по своим делам, оставив его скучать здесь дальше.

Нужен срочный план для того, чтобы заполучить ее номер телефона.

Однако Хенли сама предлагает кое-что получше всего того, что в этот момент продумывал Атлас.

- Считай, обеденный перерыв уже начался, - улыбается Дэниел, тут же склоняясь к монитору компьютера, отключая его и кидая взгляд на часы: 16.14. О да, Дэнни, у тебя очень запоздалый обеденный перерыв.

Сделав это, он направляется вслед за ней и сам первый берет ее за руку. Ее ладонь мягкая, теплая и словно фарфоровая, и Атласу настолько нравится сжимать ее пальцы в своей руке осторожно, чуть поглаживая кожу. В тот момент он понимает, что уже любит Нью-Йорк, что лето не такое уж и отвратное и то, что готов послать сумасшедшего босса, даже если после этого его выгонят из университета. Влюбленность всегда пьянит.

- Мне нравится второй вариант, - сообщает Дэниел, снова широко улыбаясь и свободной рукой извлекая мобильный. - Пару секунд, - ему приходится отпустить ее ладонь, чтобы быстро набрать смс, сообщая о том, что ему нужно срочно уехать по каким-то важным делам - по каким именно он решит уже завтра. Так что, не дождавшись ответа начальства, Атлас просто отключает мобильный, засовывает его в карман джинсов и забирает из стола пару своих вещей.

- Спасибо, что подождала, - благодарит он, когда сделано, и открывает перед ней дверь на улицу. Солнце уже полновластно одаривает лучами прохожих, поток которых с каждой минутой нарастает: после грозы город снова оживает, будто ничего и не было.

Дэниел поворачивает табличку и мгновение любуется надписью «закрыто» (до чего же он обожает это делать!), затем запирает галерею, включает систему безопасности и снова берет девушку за руку.

- Итак, что же ты хочешь мне показать, Хенли? - Атлас с неподдельным интересом смотрит ей в глаза.

Сегодня он самый счастливый человек на всей планете. Сегодня он живет настоящим. Сегодня ему совершенно плевать на карьеру, науку, начальство, своего друга и вообще всех. Сегодня (и всегда, как ему кажется) Дэниелу нужна Хенли.

+1

11

Пожалуй, к отказу она была готова даже больше, чем к согласию, поэтому его реакция ее приятно удивила. Хенли молча дожидается, когда он выключит компьютер. Уже начинает сомневаться в правильности своего решения, но все сомнения уходят на второй план, когда Дэнни касается ее руки. Наверное, именно это прикосновение навсегда изменило ее жизнь. Ощущение легкой эйфории кружит голову, когда он что-то произносит своим вкрадчивым голосом. Впрочем, она действительно знает, куда его вести. Обдумывает маршрут, пока он пишет смс и закрывает галерею.

- Это сюрприз, - отвечает с игривой улыбкой, переплетая свои пальцы с его. Бросает взгляд на наручные часы, прикидывая, стоит ли им поспешить или наоборот, идти медленнее, общаясь и узнавая друг друга. В принципе, галерея Дэниела находится недалеко от набережной, поэтому они просто могут пройтись пешком по Манхеттену до трамвайных путей, а там уже дорога много времени не займет. - Итак, значит, практика, - прерывает затянувшееся молчание. Конечно, идти вот так вот, держась за руки, приятно, но ей так хочется узнать о нем некоторые вещи. Чисто женское любопытство. - И давно ты здесь? - произносит вместо того вопроса, который ее действительно волнует.

"И когда же заканчивается эта твоя практика?" Но она не хочет забегать вперед, не хочет показывать свою заинтересованность, ведь это так наивно предполагать, что между ними может возникнуть что-то серьёзное. Впрочем, она ведь даже не планировала этой прогулки...  Чуть ускоряет шаг, увидев их трамвай. Ох уж этот тесный общественный транспорт, и ей ничего не остается кроме как прижаться к новому знакомому всем телом. Уж лучше к нему, чем к тому потному мужичку позади нее. Снова становится душно, благо ехать недалеко. Говорить приходится практически шепотом на ушко, чтобы не информировать всех пассажиров о предмете их разговора. И дело не столько в конспирации, сколько в интимности момента.

- Наша остановка, - снова шепчет с теплой улыбкой, выскакивая на улицу, как только открываются двери, и привлекая его к себе.

Даже жаркая улица после столь душного транспорта кажется настоящим глотком прохлады. С океана дует приятный ветерок. Девушка ведет Дэнни в сторону пирса, от которого отходит паром. Успели. Хвост очереди стремительно сокращается, когда Хенли и Дэниел к ней примыкают. Люди расходятся по палубам. Ривз ведет Денни на самую верхнюю палубу:

- Подожди, - останавливает его, уводя в сторону от входа в пассажирский корпус. Дожидается, когда судно отходит от причала, а люди распределяются в корпусах или кучкуются на палубах. - Теперь идем, - улыбается все так же загадочно, ведет его к карме парома. Хенли снимает злополучные босоножки и, держа их за ремешки указательным пальцем, начинает взбираться по вертикальной лестнице на крышу парома. - Он идет на Статен-Айленд, - поясняет, когда он оказывается на крыше парома вместе с ней. Хенли вновь берет его за руку и проводит вперед. Пытается спрятать за ухо волосы, которые ветер неугомонно кидает ей в лицо. - А теперь смотри туда, - показывает в сторону Статуи Свободы, горделиво возвышающейся над Островом Свободы и бросающей тень на водную гладь Атлантического океана. Сколько раз она уже видела это чудо мировой скульптуры, не могла вновь им не восхититься. - Разве она не прекрасна?

+1

12

Того, кто любит все контролировать, слово «сюрприз» заставляет проглатывать мгновенно образовавшийся комок в горле и ослаблять узел галстука. Оно неприятно режет слух и мгновенно ломает точно выстроенную систему, из-за чего приходится начинать все заново, продумывая возможные варианты развития событий, которые могут скрываться за этим коварным словом (и поверьте, их немало). Вот только, на удивление, Дэниел не морщится, как всегда, а широко улыбается в ответ Хенли и еще крепче сжимает ее ладонь в своей руке.

Атлас ей доверяет. Так странно, иррационально и необъяснимо, но доверяет, и вместе с ней ему нравится ломать привычные схемы, не подчиняться логике и делать незапланированное. С Хенли было легко, как… Как, пожалуй, это бывает во сне. Когда можно, наконец, расслабиться от жесткой упорядоченности дня и сделать то, что так отчаянно хотелось, но рамки приличий, законы, правила не позволяли. Можно подняться птицей к небу, можно умереть и заново родиться, можно, наконец, поцеловать ту зазнобу-одноклассницу, по которой сходила с ума вся школа. Во сне можно все, и этим нужно пользоваться.

Дэниел даже на мгновение задумывается, а не сон ли все происходящее вокруг, но быстро решает, что щипать себя при девушке было бы, наверное, ненормально, так что он просто плывет по течению. В конце концов, Атлас так давно себе этого не позволял.

- Да, мне кажется, что уже целую вечность, - смеется Дэниел, отвечая на ее вопрос. - Хотя, по правде говоря, около месяца, и пробуду здесь до конца лета, - зачем-то сообщает он, а про себя добавляет: «и я хочу, чтобы все это время ты провела со мной».

Они идут по умытому городу, который стремительно наполняется потоками людей и все становится, казалось бы, на свои места, но внутри Дэниел чувствует: что-то поменялось. Стало лучше. Как будто настал Новый год, и весь мир перешел на новый уровень. Ему безумно нравится это ощущение, и он улыбается окружающим в ответ, но прежде всего, - Хенли. Они молоды, они красивы, они ничем не обременены, и они любят жизнь на полную катушку.

Запрыгнув в трамвай, Атлас оказывается прижатым к девушке. Я обожаю общественный транспорт! И он ловит себя на мысли, что впервые подумал про это совершенно без сарказма. Прижиматься к Хенли приятно, от нее очень приятно пахнет, и от этого запах ведет. Он словно мимолетом ведет рукой вдоль ее запястья, поднимаясь выше, а затем проделывает тот же путь обратно. От жары ли, или от столь близкого контакта, но Атласу хочется обнимать и любить весь мир, но, прежде всего, заваливать комплиментами саму Хенли просто потому, что она самая лучшая.

- Ты очень красива, - шепчет он ей доверительно на ушко, и улыбается, воровато оглядываясь, словно сообщил самый большой секрет. Впрочем, их черед выходить, и Дэниелу даже немного жаль, что они так быстро приехали.

Атлас тут же оглядывается и, кажется, он начинает понимать, какой именно сюрприз она для него приготовила. Они спешат, чтобы успеть на паром, так что времени на разговоры совсем не остается, и лишь оказавшись на верхней палубе, можно расслабиться, наблюдая за тем, как под ними рассекаются волны.

- Знаешь, я… - начинает он, но Хенли перебивает его, снимая босоножки, и Дэниел первые секунды замирает, не совсем понимая, для чего она это делает. Он не успевает задать ей и так очевидные вопросы, так как уже вскоре они забираются на крышу парома, и вот тут уже их окончательная остановка. Хенли улыбается, ветер играет с ее волосами, Дэниел отчаянно ему завидует, и еще больше хочет ее поцеловать, но пока не время. Она показывает ему Статую Свободу, и Атлас замирает, поражаясь все-таки ее красотой. Нельзя сказать, что он ее раньше не видел: они с Джимом даже брали экскурсию, но тогда было удушающее жарко, толпы китайцев со своими фотоаппаратами и глупыми вопросами, не давали проходу, так что все это превратилось в сплошное мучение, так что на восхищение красотой сил не осталось. Но теперь все было иначе, и поэтому он соглашается:

- Да, она прекрасна. Знаешь, благодаря тебе вскоре я окончательно потеряю голову от Нью-Йорка, - смеется он и становится рядом с ней, любуясь видом и обнимая Хенли за талию, осторожно притягивая к себе. - Шикарный получился сюрприз, - он целует ее в щеку в качестве благодарности, ни на что не намекая и не требуя большего. - Кстати, может, после прогулки поужинаем вместе?

+2

13

Авантюристка в работе, в личной жизни она осторожна и консервативна. Если отношения, то длительные и надежные, если свидание - то ведет мужчина, которому, в общем-то устраивается  подробный допрос. Сейчас она ведет за руку парня, с которым знакома от силы час, и кроме имени, места работы и родной страны ничего о нем не знает. И это странно. Для нее странно. Внутреннее волнение и пьянящая эйфория просто от того, что он держит ее за руку и пытается поймать ее взгляд. Он, смеясь, говорит, что через пару месяцев вернется во Францию, но ей почему-то не смешно, хоть и пытается натянуто улыбнуться. Милая, а чего ты хотела? Это всего лишь прогулка, которая едва ли будет что-то значить для него, а для тебя тем более не должна. Но почему-то эйфория поугасла, и вся безрассудность ее поведения дала о себе знать. Если что-то между ними и будет, то продлится это не больше двух месяцев. Он заведомо не похож на человека, готового к испытанию расстоянием из-за женщины. И эта мысль отрезвляет, что, быть может, и к лучшему. Но деваться уже некуда, она пообещала его удивить, значит, надо удивлять. Всего один день, даже меньше, чем день. Что может случиться?

- Осталось всего пара месяцев, - зачем-то  произносит вслух, как будто бы надеясь, что ослышалась, или что он сейчас уточнит год и все станет куда проще. - Не будешь скучать по Штатам? Ты здесь один или с кем-то? - сама не знает, как эти вопросы взаимосвязаны между собой, просто хочется задать их как можно больше. И только когда сказанного уже не вернуть, понимает, что совсем не уверена, что ответ на второй вопрос хотела бы знать. Ведь тут может быть замешана женщина. Как противоречивы женские мысли. Тараканы в ее голове ведут отчаянные дебаты на тему, хочет ли она, чтобы сегодняшним днем все ограничилось или ей нужен этот мимолетный роман, заведомо ограниченный конкретными сроками. Пожалуй, женщина далеко может зайти в своих планах и мечтах, даже если предпосылки призрачны и самостоятельно сфабрикованы. Вот так, перекинувшись взглядами с мужчиной в метро, женщина может мысленно выйти за него замуж, нарожать детишек, застать с любовницей, развестись и оставшуюся часть пути ненавидеть абсолютно незнакомого парня за свою столь нелегкую судьбу матери-одиночки. Конечно, так далеко Хенли в своих фантазиях не заходит, но будучи прижатой к нему в тесном транспорте, пытается угомонить совсем уж несвоевременные мысли.

Хенли приобнимает его за пояс, чтобы удерживать равновесие, так как до поручня ей не дотянуться. Чувствует его прикосновения, как он проводит пальцами по ее руке, еле сдерживается, чтобы не прикрыть глаза и окончательно не растаять. В трамвае и так слишком жарко, а от его прикосновений становится и вовсе невыносимо. Он что-то шепчет ей на ухо, еще не зная, что именно это заводит ее с пол оборота. Оказаться на улице, отдышаться, оказаться подальше от него и иметь возможность говорить в полный голос - но даже это не помогает избавиться от нахлынувших эмоций. Что он говорил? Что она красива? Должно быть, стоило сказать ему спасибо, но на тот момент она вообще не была способна соображать. Еще несколько минут и они вдвоем на крыше парома. Странно, что до этого больше никто не додумался, но к лучшему, потому что они опять наедине.

- Рано терять голову, - смеется в ответ на его слова. - Мы еще не все посмотрели. - Улыбается, глядя на него, она не была уверена, что ему понравится, но ей однажды понравилось, и вообще иногда она совершала такие прогулки до Статен-Айленд и обратно. Немного теряется, когда он прижимает ее к себе и целует в щеку, на что Ривз отвечает лишь глупым смехом, не зная, как еще можно отреагировать. А дальше это предложение поужинать... Пожалуй, слишком банальное в рамках их не совсем стандартного знакомства. Но в отличие от прогулки на пароме, ужин подразумевает под собой свидание, а Хенли не уверена, что готова к свиданию с ним. - Прогулка только началась, вернемся к этому чуть позже... - Неуверенность или комплексы заставляют ее что-то бормотать об отсрочке ужина, а тем временем безумно захотелось, чтобы это было именно свидание. Но она вновь переводит тему, обращая его внимание уже в другую сторону. - Ты когда-нибудь видел мост Верразано с такого ракурса?

+1

14

- Да, пара месяцев.
И ведь раньше Дэниел говорил эту фразу кладбищенским тоном, видя перед собой необъятную вечность и муки ада. Сейчас на вопрос Хенли он впервые подумал о том, что это же совсем ничего - рукой подать, и вот они с Джимом окажутся в комфортабельном самолете, который доставит их домой, куда они попадут вместе с багажом из неудачного лета и какого-никакого, но опыта работы. А потом все по старой схеме… Господи, Дэниел, ты же мечтал о приключениях, а попав в Нью-Йорк прозябаешь в какой-то занюханной конторе, которой совершенно плевать на твой будущий диплом с отличием и знанием теории искусства. Хватит! Господь послал тебе знак в виде шикарной девушки, вместе с которой ты сбежал с работы и в которую, кажется, уже влюбился. Пора начинать новую жизнь, пора начинать что-то новое, ведь старый костюм уже так мал…

- Честно, - Дэниел усмехнулся, - всего пару часов назад на аналогичный вопрос кому-то другому я ответил бы «нет, не буду», не задумываясь, - он улыбнулся девушке и посмотрел ей в глаза, - но сейчас я уже начинаю сомневаться в правильности такого ответа. Посмотрим, что будет через пару месяцев… Все так меняется, - пожал плечами Атлас и окинул взглядом улицу, прекрасно понимая, что, ведь действительно, время постоянно делает перестановки и вносит свои коррективы: вот ты вроде как привык к одному плану действий и убежден в своих принципах и будущем, но на следующее утро - полностью их отрицаешь и вокруг тебя все совершенно другое, как и ты сам и твое уже заново распланированное будущее. Время ненавидит стабильность и постоянство. Стабильность и постоянство - это смерть.

- И я тут со своим другом Джимом, это он меня затащил на эту стажировку, - пояснил Атлас, подумав о том, что с Хенли на удивление очень легко: он мог бы болтать с ней на любые темы, отвечать, задавать вопросы и слушать ее - и так по кругу, до бесконечности. Разговоры, красивые (впервые за все время) виды Нью-Йорка, прекрасная девушка рядом… Опьяненный, он обнаруживает себя на крыше парома рядом с Хенли, которая считает, что терять голову рано. Как это рано, милая? Он уже ее из-за тебя потерял. И неужели правда можно влюбиться с первого взгляда? Такая глупость, которая уже случилась с ним. Но позже, все позже: осмысление своих чувств, действий, желаний - сейчас Дэниел просто наслаждается каждой прожитой минутой рядом с ней. Перед ними впереди - море возможностей, они в самом начале отношений, и осознание долгого и приятного пути впереди кружит голову.

- Как скажешь, Хенли, - улыбается он, решая, что обязательно спросит об ужине еще раз позже. Это же не был отказ? Но и не было согласия? Господи, девушки! И кто вас поймет? Но от нее так сумасводяще пахнет и так приятно обнимать ее за талию, что Атлас не долго размышляет над всем этим, позволяя ей увлечь себя видами моста, который и правда смотрится с парома очень красиво.

- Нет, не видел, - отвечает он запоздало и чуть отстраняется от Хенли, чтобы было удобнее осмотреть предложенную достопримечательность. - И правда красиво… - Дэниел провожает его глазами.

Совсем скоро они оказываются на Статен-айленде и вместе с толпой покидают паром. Многие туристы почему-то снова загружаются на паром, и Атлас ловит за руку Хенли, чтобы им не потеряться:
- Мы же с ними? Или гуляем здесь?
Насколько он правильно помнит, на самом острове делать и правда нечего, а вот паром пользуется такой бешеной популярностью как раз по причине того, что проплывает мимо стольких красот, которые они уже и так посмотрели.

+1

15

Она старается не придавать никакого значения тому, на сколько  он планирует тут задержаться, вспомнив обещание, данное себе еще в галерее. Ничего не будет, между ними ничего не может быть, и она повторяет это про себя, пытаясь в корне истребить это сожаление. И тем не менее, это ведь не повод лишать себя приятного вечера. Ей давно не мешало элементарно расслабиться и отдохнуть от своей, хоть и любимой, но довольно выматывающей работы. На фоне этого история о друге не имеет значения, даже если друг - сексуальная брюнетка с пухлыми губами, Ривз не должно это волновать. И все же, где-то в глубине души она, должно быть, надеется, что версия с другом все-таки подана корректно, и имя ему действительно Джим, а не Джини или Джемма. Хенли  с удовольствием общается с Дэниелом, максимально стараясь избегать личных тем, и заполняя неловкие паузы, которые возникают на удивление редко, шутками, смехом или историческими вставками о городе или местах, которые они видят перед собой. Она не хочет рассказывать ничего о себе, чтобы не оставить в его памяти значительного отпечатка об этом дне. Завтра он наверняка ее уже и не вспомнит. И она исключает для себя все возможные пробелы в этом плане, и то, что он  уже симпатичен ей и интересен, и то, что она ведет себя так, что создает образ этакой загадочной нимфы, о которой мужчина будет думать, просто потому что не знает о ней ничего ровным счетом. Но она не прорабатывала эту стратегию, Хенли действует по наитию, именно так, как ей хочется в данный конкретный момент.

Дэнни не настаивает на ужине и это ее малость успокаивает. Еще чуть-чуть и она не смогла бы контролировать свои желания, и неизвестно, чем и как закончился бы этот вечер. Она не хочет ничем себя связывать с ним. Он едва ли это понимает, но Ривз не готова к непродолжительным, хоть и бурным, романам, она скорее из девушек, ориентированных на долгосрочную перспективу, создание семьи, да, на ее вздернутом носике  красуются большие розовые очки. Конечно, она еще молода, не так давно живет в Нью-Йорке, и этот город еще не успел испортить в ней хорошую провинциальную девочку. Ну, разве что, чуть-чуть, раз хорошая девочка без зазрения совести занимается противозаконной деятельностью. Его руки на ее талии, этот голос, который звучит совсем близко - она давно не чувствовала себя так спокойно и взволнованно одновременно.

На острове действительно делать нечего, это промышленный район города, поэтому и правда логичнее всего оказывается вернуться обратно на потом вместе со всеми туристами и жителями города, возвращающимися домой после трудового дня. Он держит ее за руку, и Хенли чувствует себя как школьница на первом свидании. Она робко поглаживает большим пальцем тыльную сторону его ладони, невольно флиртует и стреляет глазками. Женское обаяние включается само собой, а когда не задумываешься о том, что будет дальше, оно кажется простым и естественным. Ривз не предпринимает отчаянных попыток понравиться и произвести нужное впечатление, как это обычно бывает. Видимо, чем меньше стараешься, тем лучше выходит.  Но они сейчас не наедине на крыше парома, а на палубе, как и все остальные туристы. Только вот те увлеченно рассматривают виды и  непрерывно щелкают фотоаппаратами, в то время как Хенли и Дэниел заняты лишь друг другом. Это странное ощущение, возможно, новое для нее. Этакое романтическое приключение. Они следуют по тому же маршруту, но едва ли они придают сейчас этому значение. Особенно он. Дэнни явно не так хорошо знает город, чтобы четко ориентироваться, куда она его ведет. Вечером транспорт куда более свободный, и они просто едут в трамвае, общаясь на всевозможные темы, Хенли то и дело расспрашивает его про Францию, с неподдельным интересом расспрашивает его о познаниях в архитектуре и ландшафте. Вряд ли он мог бы догадаться, с чем может быть связано ее любопытство, а она лишь пожимает плечами и говорит с улыбкой "мне просто интересно".

Они выходят там же, где и сели на трамвай в первый раз. Хенли не берет его за руку, предпочитая просто идти рядом, периодически касаясь пальцами кисти его руки. Она уже все придумала, но он, увы, об этом пока даже не догадывается. И сейчас ей важно не позволить самой себе передумать. Они проходят совсем немного. Девушка бросает взгляд на часы, ее автобус должен подойти через пару минут. Возможно, он хотел бы сказать что-то еще, к примеру, спросить номер телефона или сразу предложить продолжить вечер у него, ну или обозначить дату следующей встречи, но... У нее другие планы. Хенли останавливается довольно резко, и все происходит в какие-то доли секунды. Он что-то рассказывает, когда Ривз касается пальцами его щеки и мягко целует в губы, привставая чуть-чуть на носочки, чтобы дотянуться. Поцелуй такой простой и неглубокий длится всего-ничего.

- Приятно было познакомиться, Денни, но мне пора... - шепчет ему в губы с едва различимым сожалением в голосе и, пока он не успевает опомнится, вскакивает в подъехавший на остановку автобус, двери которого тут же закрываются и он сразу трогается с места.  Хенли расплачивается за проезд и садится сзади таким образом, чтобы не видеть удаляющуюся фигуру парня. Вот ты и сбежала от своего принца, Золушка, не оставив ему даже туфельки. И теперь остается утешать себя мыслью, что только это решение было единственно верным, только вот верится в это с каждой секундой все меньше...

+1


Вы здесь » .your mind is the scene of the crime » В плену воспоминаний » "... янтарь в песке, небо на волоске… Mi Corazon..."


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC